Катастрофа. Глава 2.

Аватар пользователя sjmorozov

Теги: 

Голосов Дмитрий был человеком чрезвычайно пунктуальным и предусмотрительным. Он не любил спешить и поэтому этим утром он проснулся за два часа до назначенной встречи, принял душ, позавтракал и в ожидании телефонного звонка сидел в кресле, быстро листая газету и читая лишь одни заголовки. Оставалось всего полчаса до встречи, а звонка всё не было. Ведь он даже не знал точное место, куда ему нужно прийти. Он опять взглянул на часы: восемь тридцать две… Стрелки часов равномерно отсчитывали секунды, в такт им за окном забарабанил дождь — небо затянулось серыми тоскливыми тучами. …Восемь тридцать три.… Почему же нет звонка? Дождь застучал ещё быстрее, резкие порывы ветра гнули деревья. Тучи поплыли по небу быстрее, постепенно сгущаясь и становясь всё темнее. Какое неприятное утро… Дмитрий взглянул на настенные часы, потом проверил их по наручным: восемь тридцать три… Дмитрий взял другую газету и перелистнув пару страниц, даже вздрогнул от неожиданности — раздался звонок. Он сорвал трубку и выдохнул: «Алло!». В трубке воцарилась пятисекундная тишина, которая показалась ему вечностью.

— Здравствуй, Дима! — наконец-то услышал он почти забытый хрипловато-сладкий голос, и сердце его учащённо забилось, — а ты как всегда нервничаешь, будто в первый раз?..

«Наконец-то! Она! Всё-таки я дождался!»

…С Наташей Дмитрий познакомился ещё двадцать один год назад, будучи студентом второго курса. Она внезапно ворвалась в его жизнь и сразу же коренным образом изменила её: он сразу повзрослел, и уже ни следа не осталось от того, кто ещё за неделю до встречи с ней мог целыми днями играть в компьютерные игры, совершенно не думая о завтрашнем дне. Собственно говоря, и после знакомства с ней он не думал о том, что будет потом. Для него было важно лишь то, что они сейчас рядом и все мысли были посвящены только ей.

Нельзя сказать, что их знакомство было запланированным. Более того, за день до их встречи Дима и не подозревал о её существовании. Но это было вполне в стиле Натальи: она любила быстро принимать серьёзные решения. Она просто взяла и позвонила ему в один прекрасный день и назначила встречу. Но теперь Дмитрий был совершенно уверен, что это была судьба, знак свыше или что-то в этом роде. Более того, ему казалось, что такая неожиданность встречи доказывает её значительность.

Вообще, Наташа сыграла очень значительную роль в жизни Дмитрия. Именно она посоветовала ему бросить на третьем курсе учёбу на специальности «Инженер-строитель» и заняться физикой. Она первая открыла в нём талант исследователя. Так Дмитрий после окончания специальности «Физик-экспериментатор» в Москве стал исследователем-любителем и всерьёз занялся проблемой метеоритов, комет и других небесных тел, правда, уже без Наташи. Она ушла из его жизни так же неожиданно, как и пришла, опять коренным образом изменив его жизнь. Это произошло ровно через два года после их знакомства. Она неожиданно уехала в Польшу к внезапно объявившимся там родственникам. После этого Дмитрий с головой ушёл в работу, посвятив себя только физике и астрономии. Конечно, после неё у него была ещё не одна девушка, но ни одна из них не была более чем увлечением.

И вот через два десятка лет, когда Дима уже практически забыл о Наталье, он получил неожиданное сообщение по электронной почте:

 

«Привет! Ты ещё помнишь меня? Я снова в Новгороде. Может, встретимся завтра в девять? Ещё позвоню, если узнаю телефон.

P.S. Помнишь тот поцелуй в парке? Я его никогда не забуду!

Люблю. Наташа».

 

Дмитрий сразу даже и не понял, кто это: так давно он видел её в последний раз и к тому же он знал немало девушек с таким именем, и многие были не прочь провести с ним ночь. Но такое сообщение могла прислать лишь она одна.

Дима даже не верил, что это могла быть она, поэтому он не раз перечитывал это сообщение и уж тем более не ожидал этого звонка. И вот, когда телефон зазвонил, и он понял, что это та самая Наташа, которую он любил, он не мог произнести ни слова.

— Ну, чего же ты молчишь? Не хочешь со мной говорить? Тогда я вешаю трубку.

— Нет-нет. Извини. Просто это для меня так неожиданно. Столько лет не виделись и вдруг… Я очень рад слышать тебя. Как у тебя дела?

— Не очень хорошо.

— Что-то случилось?

— В общем-то, нет. Просто тебя нет рядом. Я только сейчас поняла, как мне тебя не хватает. Жаль, что на это понадобилось так много времени.

— Но почему ты уехала, ничего мне не сказав? Это было для меня так неожиданно. Для меня это был настоящий удар! Ведь всё было так хорошо. Мы каждый день встречались, ходили в кино, в…

— Вот именно! Наши отношения стали чересчур банальными. По-моему, ты не был готов ради меня на большее, а значит, не любил меня. Надеюсь, сейчас всё изменится.

— Когда же мы встретимся?

— Я думаю, сегодня уже не получится. На улице такая ужасная погода. Может быть…

— Почему не получится? Я заеду за тобой, и мы можем поехать ко мне… чего-нибудь выпить… Как ты на это смотришь?

— Заехать? Ты купил машину? — и не дав времени ответить, продолжала, — ты ждал двадцать лет и не можешь подождать ещё день? Я только вчера приехала, мне надо расположиться, обустроиться, привести себя в порядок. Я думаю, мы встретимся завтра.

— Хорошо, но где ты остановилась? Тебе нужна квартира? Ты могла бы остановиться у меня.

— Что, не терпится затащить меня в постель? Больше тебя во мне ничего не интересует? Я неплохо устроилась. До завтра!

В трубке раздались короткие гудки. «А она совсем не изменилась. Всегда оставляет за собой последнее слово!» — с улыбкой подумал Дима и повесил трубку. Посидев в кресле ещё пару минут, он взглянул на часы и как будто что-то вспомнив, резко встал и, подойдя к столу, вынул из ящика старую, давно забытую тетрадь с пожелтевшими страницами, где на обложке было написано: «Гений творческой мысли Голосов Дмитрий». Открыв первую страницу, он прочёл: «Открыв страницы древней книги, ты познаешь свой новый мир. Посвящается мечтателям и поэтам, приоткрывшим врата рая и ада и постигшим чудо вечной жизни, двум маленьким существам, но большим людям». Прочитав эти строки, Дима улыбнулся приятным воспоминаниям, будто снова очутился в днях юности. Перевернув страницу, он прочитал ещё с десяток подобных высказываний, дальше он обнаружил стихи:

Рождество Христово, Боже,

Как прекрасен этот мир,

Да с его воскресным ходом

И с его мольбой к тебе,

И однажды, может дважды,

Ты воскликнешь, мой народ[1]

— Нет-нет, не то… не то… — пробормотал Дима, листая страницы, — Вот. Нашёл, — сказал он вслух, открыв ещё одно стихотворение и начал читать, с трудом разбирая неровный почерк:

Одинокий остол догорает вдали,

Озаряя дорогу в пыли.

Не вернуться домой мне уже никогда

Без моей ненаглядной любви.

Тот прекрасный цветок, что сгорает, любя,

Разноцветным и ярким огнём

Был единственной крепостью, что для тебя

Этой ночью разрушить готов.

Вижу: небо покрылось густой пеленой,

И откроется вечная страсть,

От которой бежать, улететь, ускакать

После ночи я этой не смог.

И я вновь подниму свои очи к огню

Догорающей, старой обители

И скажу тебе: «Здравствуй, мой милый цветок,

Моя нежная, страстная лилия!»[2].

— Несколько нескладно, но зато от самого сердца! — почему-то опять вслух сказал Дмитрий. Расправив ладонью помявшуюся страницу, он встал и бережно положил тетрадь на место.

Закрыв ящик, Дмитрий долго ходил по комнате, оглядывая окружающие его предметы. Только сейчас он заметил, что его окружали вещи не из его мира. То есть, конечно, все их он покупал сам, внимательно выбирая каждую мелочь, и со вкусом создавая интерьер. Но они ничуть не напоминали о его прошлой жизни — жизни, которой он жил лет двадцать назад. Не было никакого упоминания о родителях, друзьях… Он даже не звонил никому из них уже года три… Он вспомнил своего отца, мать, друга Сержа.… У Дмитрия даже не осталось ни одной их фотографии — все они у родителей. Видимо, после расставания с Наташей подсознательно он пытался отгородиться от прошлой жизни, от всего, что с ней связывало, чтобы скорее забыть её.

«Надо, пожалуй, отдохнуть от работы и увидеться со всеми», — твёрдо решил Дмитрий и, подойдя к бару, достал давно забытую бутылку красного марочного вина, купленную специально на случай прихода гостей, и отнёс её в холодильник…

 

* * *

На следующее утро Дмитрий проснулся раньше будильника бодрый как никогда и, проверив, что телефон работает, пошёл в душ. Сегодня он с особой тщательностью уложил волосы, побрызгался каким-то найденным в книжном шкафу одеколоном, первоначально напугав им паука, неожиданно обнаруженным под раковиной и, видимо, уже там прижившимся. Потом он переоделся в выглаженный вчера вечером костюм и, подобрав к нему галстук, сел смотреть телевизор, ожидая звонка. Просмотрев все многочисленные местные каналы, по которым с утра до вечера показывали одну рекламу, Дима переключил на «НТВ-Новости» — канал, пользующийся у него наибольшей популярностью.

Невнимательно наблюдая за происходящим на экране, Дмитрий всё чаще выглядывал в окно, где вместо вчерашних туч светило солнце, весело играя на ещё не высохших молодых листьях. На улице вовсю хозяйничала весна, устанавливая свои порядки и законы. Давно уже растаял грязный и уже не приносивший радости, как в начале зимы, снег, распускались первые цветы, появившиеся ещё совсем недавно листья на глазах увеличивались и набирали силу. Наперебой друг другу громко ворковали давно уже ставшие типично городскими жителями голуби.

Дмитрий встал и открыл окно. На душе у него была весна, и он хотел всю комнату наполнить свежим весенним воздухом. Глубоко вдохнув, Дмитрий, выключив телевизор, включил давно забытый диск «Музыка прибоя» и сел у телефона, наслаждаясь музыкой и своим настроением.

 

* * *

Прошло четыре часа. Уже был полдень, а звонка всё не было. Улыбка на лице Дмитрия сменилась на каменное лицо, напоминающее фигуры с острова Пасхи, от которого, наверное, хватил бы удар даже того паука, пережившего атаку его одеколоном. Именно с таким выражением он уже второй раз подходил к стереосистеме поменять диск. Теперь уже он слушал диск «Кино», подаренный Сержем на двадцатилетие и который с тех пор он так ни разу и не включал.

Звонок раздался только в шесть вечера, когда Дима уже дремал в кресле, положив ноги на журнальный столик.

— Алло! — как ни в чём не бывало своим хрипловато-сладким голосом произнесла Наташа, - куда же мы сегодня пойдём?

— А… я думал… я думал, ты позвонишь раньше, — ещё не проснувшись, сказал Дмитрий и продолжил, — если хочешь, приходи ко мне. То есть, извини, я за тобой заеду.

— А если не хочу? — с ноткой иронии в голосе спросила она.

— Не знаю даже… Может, сходим в ресторан?

— Конечно, почему бы и нет?!

— Знаешь ресторан «Барин», что на проспекте Ломоносова?

— Это та забегаловка с закопчёнными потолками и фирменным блюдом «Пельмени со сметаной»?

— Нет, сейчас это вполне приличное заведение.

— Хорошо, я согласна! — как бы с неохотой сдалась Наташа, — когда мы встретимся?

— Я заеду за тобой прямо сейчас. О'кей?

— Я жду тебя! — почти прошептала Наташа и повесила трубку.

Весь сияя от счастья, нахлынувшего так внезапно, Дима выскочил из квартиры, чуть не забыв ключи от машины. Выйдя во двор, он с любовью оглядел свою новенькую «двадцатку» и, подумав, что она несомненно понравится Наташе, вскочил за руль и включил зажигание. Внезапно его осенило: он же не знает, куда ехать. «Отлично, — с досадой ударив по рулю, сказал Дмитрий, — запорол первое же свидание! Что же мне теперь делать?». Внезапно в его машине зазвонил радиотелефон. «Наташа? — с надеждой в голосе спросил он, схватив трубку, — Наташа?!». «А что, ты ждал кого-то ещё? — её голос зазвучал сейчас для него слаще любой музыки, — вечно ты что-то забываешь. Я буду ждать тебя у входа в «Бересту-Палас». И поспеши, сейчас прохладно», — и снова короткие гудки в трубке разбудили Диму от того сладкого сна, в который он погружался, слыша Наташин нежный голос.

И снова обретя чуть было не потерянное счастье, Дима вырулил на главную улицу. Ночной город, озарённый множеством рекламных огней и неоновых вывесок, жил своей жизнью. Шумели машины, грохотали вагоны метро, по улицам сновали пешеходы. Диме хотелось с каждым из них поделиться своим счастьем, рассказать об этой чудесной девушке, которая уже второй раз изменила его жизнь, добавив в её серую обыденность множество ярких красок. И точно так же, как эти рекламные огни, несмотря на ночь, освещали ему путь, появление Наташи озарило его жизнь, и сделала гораздо более отчётливой и светлой дорогу вперёд. Почти пятнадцать лет своей жизни Дима убил, работая в Новгородском Институте Астрофизики, который сразу же принял его после блестящего окончания Московской Академии. Конечно, эта работа нравилась ему, да и однообразной она не была — частые командировки и исследовательские экспедиции вносили значительное разнообразие. Но это было не совсем то, чего Дмитрий хотел от жизни. Ему хотелось домашнего тепла и уюта, счастливой семейной жизни, а не тех знакомств на одну ночь, которые не приносили ему никакой радости. И конечно, появление Наташи принесло ему уверенность в завтрашнем дне. Сейчас он всерьёз подумывал сделать ей предложение. «А почему бы и нет?» — думал он сейчас, проскакивая на жёлтый и обгоняя одну машину за другой. Он достаточно обеспечен и сможет обеспечить им достойную жизнь.

До отеля оставалось совсем немного, и Дима почему-то начинал нервничать. «Не может быть, чтобы она приехала. Не может быть. Наверное, это сон». Однако, подъехав к отелю и выйдя из машины, он увидел её… Она настороженно смотрела на дорогу, провожая взглядом каждую машину. Грудь её учащённо вздымалась — видимо, она тоже нервничала. Несмотря на вечернюю прохладу, одета она была достаточно легко. Точнее было бы сказать, что она была практически раздета: полупрозрачная блузка не прятала, а скорее выделяла высокую грудь, короткая чёрная юбка едва скрывала её стройные золотистые бёдра. В такую женщину нельзя было снова не влюбиться.

— Наташа! — не веря своему счастью, крикнул Дима, и побежал к ней вверх по ступенькам, — Наташа!

Она неуверенно оглянулась, ища его глазами, и, наконец, увидев, с нескрываемой радостью побежала ему навстречу. Они крепко прижались, долго смотря друг другу в глаза, как будто ища чего-то, и, наконец, их губы встретились, слившись в долгом, страстном поцелуе. Они не замечали вокруг никого, и проходящим мимо людям приходилось уворачиваться от них, кружащихся в воображаемом танце под музыку, звучащую в их душах, пока проходящий мимо пожилой мужчина в помятой шляпе и сером от пыли пиджаке, давно утратившем свой естественный цвет, не заметил себе под нос что-то о нынешнем поколении и пожелав им провалиться в преисподнюю, поднял у них из-под ног бутылку и, отправив её в рюкзак, отправился по своим делам, бормоча себе под нос: «До чего дошло, они бы ещё разделись на улице, ещё и бутылки раскидывают, не дают отдохнуть спокойно приличным людям». Дима нехотя оторвал свои губы от нежных губ Наташи, проводя взглядом этого милого старичка и мысленно желая ему всего хорошего, вновь обнял Наташу и, заметив, что она дрожит, снял с себя пиджак и заботливо накрыл им её нежные плечи.

— Извини, ты, наверное, совсем замёрзла. Только о себе и думаю. Пойдём в машину.

— В твоих объятиях мне всегда тепло, — она прижалась к нему ещё сильнее, — однако, милые тут живут люди. А с ним мы уже знакомы.

— Да? Я начинаю ревновать!

— И не зря. Он более щедр на комплименты, чем ты. Вчера, например, он назвал меня проституткой.

— Однако, он галантен...

— Так куда ты меня сегодня поведёшь? — Наташа улыбнулась, смотря ему в глаза с наивностью котёнка, — в ресторан? Надеюсь, у них будет горячий кофе, а не медовуха!

И, улыбнувшись, Наташа первой пошла к машине. Дима последовал за ней, с ревностью замечая на ней раздевающие взгляды мужчин.

— Ну и где же твоя машина? Постой-ка, попробую сама догадаться, — и, подойдя к его «двадцатке», опёрлась локтём на крышу, — она?

— Нет, это машина нашего мэра. Вон видишь, два охранника идут? – Наташа испуганно оглянулась, — шучу, это корыто — моё! А как ты догадалась?

— Негодяй! — Наташа, едва сдерживая улыбку, изобразила на своём прелестном личике обиду, и игриво продолжила, — ты как всегда выбрал элегантный чёрный цвет!

— А где ты теперь работаешь? — спросила она, когда Дима уже выруливал со стоянки.

— Да, в Институте Астрофизики, — как можно более небрежно бросил он, не желая хвастаться, но, похоже, перестарался, и получилось так, будто он сказал, что едва сводит концы с концами, занимаясь чисткой ботинок на улице.

— О-о! Ты, наверное, большой теперь человек! — засмеялась Наташа, обнажив красивые белые зубы.

— Да так, ничего особенного, можно сказать, рядовой исследователь или, как нас любят называть, лабораторная крыса. Да это неважно! А как ты? Мне интересно, как ты прожила эти пятнадцать лет, где была, чем занималась, скучала ли без меня? — Дима попытался изобразить на лице некое подобие лукавого выражения, (что далось ему с большим трудом) чтобы придать этому действительно волнующему его вопросу непринуждённый характер, но, заметив, что Наташа отвела взгляд в окно, с облегчением вернул лицу прежнее выражение.

— Сначала я училась экономике в Польше, потом переехала в Германию, получила там небольшую руководящую должность, заручившись поддержкой знакомых. Поняв, что это бесперспективно, переехала в Штаты и до последнего времени жила в Большом Майами. Там я руководила небольшой фирмой по продаже недвижимости, которая, благодаря постоянному росту города приносила неплохой доход. Но, несмотря на деньги, чего-то мне всё же не хватало. Я с головой ушла в работу, начала посещать спортивный зал, ходить на пляж, даже брала уроки тай-бо[3] и закрутила пару романов, но меня не покидало чувство внутренней пустоты и ненужности. Потом вспомнила, как нам было хорошо вместе, как ты встречал меня после учёбы, как искренне и нежно признавался мне в любви, как расстраивался, если мне было плохо, и как ты готов был всегда поддержать меня в трудную минуту.… И, конечно же, я не могла забыть наши занятия любовью, когда мы с такой жадностью познавали друг друга, наслаждаясь каждым мгновением, — Наташа, закрыв глаза, улыбнулась, как будто ещё раз переживая эти мгновения, — воспоминания о прошлом давали мне стимул жить дальше, вселяли надежду, надежду на то, что всё будет хорошо. Порой только они спасали в трудную минуту, когда казалось, что больше нет смысла жить, и хотелось одного — умереть. Неделю назад решила оставить дело и приехать сюда. Надеюсь, я не ошиблась, и ты стоишь моей фирмы.

— Так вот, значит, откуда у тебя такой восхитительный загар! — не упустил шанса сделать комплимент Дима, проводя взглядом по её восхитительному телу, — ты прекрасно выглядишь!.. Нет, я думаю, ты не ошиблась, приехав сюда, — не отрывая глаз от дороги, он обнял её одной рукой, — я сделаю всё, чтобы ты не разочаровалась. Вот мы и приехали, — Дима вышел из машины и, обежав её, открыл дверь и помог Наташе выйти, — как тебе забегаловка? Наташа невольно ахнула — перед ней стояло огромное четырёхэтажное здание, окружённое зеленью с огромной вывеской "Барин", сверкавшей разноцветными огнями. Рекламный экран показывал, как полный повар приятной внешности оформлял блюдо с запечённой уткой.

— Да, я действительно поражена. Я знала, что ты оправдаешь мои надежды! — и Наташа ещё раз поцеловала Диму, — ну пойдём же!

— Прошу вас! — открыл дверь услужливый швейцар, и перед Наташей открылся огромный, отделанный деревом, зал с приглушённым светом с расставленными на значительном расстоянии друг от друга столиками с плетеными стульями. Вдоль одной из стен за стеклянным экраном тянулись длинные стебли ярких орхидей. Между столиками, стараясь не нарушать интимную атмосферу, бесшумно сновали официанты. Всё это, наряду с приятной негромкой музыкой, исполняемой находившимся в глубине зала оркестром, создавало атмосферу какой-то нереальности, спокойствия и умиротворения. Этот ресторан был именно таким местом, покидать которое не хотелось.

— Это просто восхитительно!.. Но… но тут нет свободных столиков!

— Подожди, пройдём чуть подальше… — и, обходя вазы с цветами, Дима, обняв Наташу за талию, направился вглубь зала, и вскоре Наташа увидела стоящий в отдалении от других, почти пропадающий в уютном полумраке сервированный на двоих столик, на котором в ведёрке со льдом находилась бутылка красного марочного вина и меню в черной кожаной обложке и золотым тиснением.

— Здесь нам никто не помешает, — сказал Дима, отодвигая для Наташи стул.

Налив в фужеры таинственно поблёскивающий в полумраке напиток, он произнёс:

— Я хочу выпить за нашу встречу, о которой я даже боялся мечтать. Я едва верю своему счастью видеть тебя снова. Когда я видел тебя в своих снах, мне не хотелось просыпаться, а происходящее сейчас настолько нереально, что я боюсь сейчас проснуться, открыть глаза и не увидеть тебя рядом. Надеюсь, мы больше никогда не расстанемся, — он с надеждой посмотрел в блестящие глаза Наташи.

— О, Дима! Мне никто и никогда не говорил таких красивых слов! — подняв бокал, она наклонилась ближе к Диме и прошептала: — я люблю тебя!

— Я тебя тоже! — и, не отрывая глаза от Наташи, сделал несколько маленьких глотков, — однако пора перейти к чему-нибудь более существенному, — сказал он, будто очнувшись ото сна, и, потирая руки, добавил, — признаться, мне уже хочется есть.

— Честно говоря, и я тоже не отказалась бы от чего-нибудь горяченького! — Наташа неловко, но очень мило улыбнулась и взяла меню, прямо глаза разбегаются! Что же нам заказать?

— Я бы порекомендовал для начала салат «Мадлен», а потом — «Говядину по-португальски» с маринованными ягодами, или, если хочешь чего-нибудь полегче, можно жаркое «Чайка».

— Да я вижу, ты настоящий гурман!

— Я свободное время зря не теряю! Так что же закажем?

— М-м-м.… Пожалуй, я доверюсь твоему выбору.

…Во время ужина Дима и Наташа весело смеялись, вспоминая прошлое, и каждое новое воспоминание ещё больше сближало их, и Диме казалось, что на этот раз всё будет по-другому.… Закончив ужин банановым десертом с лимонным коктейлем, Дима встал и, подав Наташе руку, произнёс:

— А теперь, надеюсь, ты не откажешься потанцевать? Наверху отличная дискотека.

— Да, конечно. Давно пора вспомнить забытые движения! — улыбнулась Наташа, положив свою руку в ладонь Диме.

Они поднялись на второй этаж, где они из уютного полумрака перенеслись в тонущее в музыке и световых эффектах помещение, размеры которого трудно было оценить благодаря игре зеркал и света. Сразу проникшись настроением этого места, Наташа влилась в толпу, потянув Диму за собой. Заиграла ритмичная музыка, и Наташа стала пританцовывать, демонстрируя искусное владение своим стройным, изящным телом.

Дима стоял в стороне в стороне, наблюдая за той самой Наташей, в которую был влюблён, по которой сходил с ума, и с которой расстался двадцать лет назад. Наслаждаясь красотой и изяществом её движений и её тела, ему стыдно было признаться, что по прошествии стольких лет он так и не научился танцевать. Задумавшись, он даже и не заметил, как зазвучала романтичная, спокойная музыка, и Наташа, положив руки ему на плечи, увлекла его за собой в сказочный кружащийся мир, существующий только для них двоих и где никого, кроме них, не было…

…Время уже близилось к полуночи, когда Дима с Наташей, уставшие, но очень довольные, вышли на улицу. После душного помещения дискотеки приятно было дышать ночной прохладой. На небе уже весело мерцали звёзды, и луна жёлтым глазом заботливо освещала улицы ночного города.

— Мне так хорошо с тобой, Наташа, — признался Дима, — так хорошо, как никогда. Надеюсь, мы больше никогда не расстанемся.

Ответом был страстный поцелуй, во время которого она пощекотала его своим язычком. После этого она быстро заскочила в машину, где было тепло и уютно. Когда Дима, ещё раз взглянув на небо и подмигнув какой-то звезде, которая, казалось, улыбалась ему, присоединился к Наташе, она положила голову ему на плечо и прошептала, щекоча ему ухо своим горячим дыханием:

— Конечно, мы всегда будем вместе. Больше мы не должны расставаться.

Чёрная «двадцатка» быстро понеслась по городу, выхватывая фарами из темноты дорогу. Когда машина повернула в сторону, обратную отелю, и понеслась к окраине города, Наташа только улыбнулась и прижалась к Диме своим разгорячённым телом. Вскоре он уже открывал дверь своей квартиры, и на руках донёс Наташу до постели…

[1] Включено в роман с уведомлением автора.

[2] Включено в роман и редактировано с уведомлением автора.

[3] Тай-бо – своеобразная смесь кикбоксинга, каратэ и танца. Первоначально завоевала популярность в шоу-бизнесе, особенно среди актёров и топ-моделей. Оригинальность и эффективность этой своего рода гимнастики, проходящей под музыку, послужило из года в год всё увеличивающейся её популярности.

Голосование: 

Голосов пока нет

Случайные материалы